16 июля 1748 года: как Михаил Ломоносов открыл закон, опередивший время
Ровно 278 лет назад в истории мировой науки произошло событие, которое долгое время оставалось в тени европейских открытий. В этот день великий русский ученый-энциклопедист Михаил Васильевич Ломоносов отправил из Санкт-Петербурга письмо великому математику Леонарду Эйлеру. В нем он впервые четко и доказательно сформулировал «всеобщий естественный закон» — закон сохранения материи (в современной физике мы знаем его расширенную версию как закон сохранения массы-энергии).
К этому открытию Ломоносов шел через упорный труд. Будучи профессором химии Петербургской академии наук, он понимал: наука о том, как «из нескольких взятых тел порождаются новые», невозможна без экспериментов. Длительное время ученый добивался создания первой в России научной химической лаборатории. Благодаря его невероятной настойчивости она была построена, став базой для проведения эпохальных опытов.
Именно там, на практике, Ломоносов пришел к своему выводу. Он экспериментально доказал, что при химических реакциях общая масса веществ остается неизменной.
Если сжечь металл в запаянном сосуде, вес окалины будет в точности равен сумме веса самого металла и поглощенного воздуха.
Никакая частичка вещества не исчезает бесследно и не возникает из ничего — она лишь меняет свою форму, переходя из одного состояния в другое.
В письме Эйлеру от 5 (16) июля 1748 года Ломоносов облек эти наблюдения в чеканную формулировку:
«Все перемены, в натуре случающиеся, такого суть состояния, что сколько чего у одного тела отнимется, столько присовокупится к другому... Сей всеобщий естественный закон простирается и в самые правила движения: ибо тело, движущее своею силою другое, столько же оныя у себя теряет, сколько сообщает другому, которое от него движение получает».
Спустя десятилетие, в 1758 году, в своем «Рассуждении о твердости и жидкости тел» Ломоносов окончательно закрепил эту мысль, распространив ее не только на химические реакции, но и на все физические процессы. Примечательно, что француз Антуан Лавуазье придет к аналогичным выводам лишь спустя почти 30 лет, в 1770-х годах, и именно его имя часто ошибочно называют единственным автором этого закона. Ломоносов же был первым.
Гений Михаила Васильевича заключался в универсальности мышления. Для него физика, химия, астрономия и история были частями единой картины мира, подчиненной общим законам. Закон сохранения стал фундаментом для всего современного естествознания, а смелость русской научной мысли XVIII века задала стандарт доказательности на столетия вперед. Сегодня этот принцип лежит в основе всех точных наук — от квантовой механики до астрофизики.